siticen

— Какое произведение братьев Стругацких у вас самое любимое?

— Я не люблю Стругацких. Понимаю, что это очень влиятельная литература, что для многих это одни из главных русских писателей ХХ века, но на мой взгляд, это любимые книги для тех, кто не любит художественную литературу. Это литература идей, которая рассказывает историю, чтобы проиллюстрировать некую мысль: то есть художественное является вторичным по отношению к идеологическому.

Любимые авторы советской и постсоветской инженерно-технической интеллигенции — хороших людей, чьи вкусы характерны для их социальной страты. Подозреваю, многие из них не понимают четвертого измерения художественной литературы, ее сверхъестественной составляющей — способности творить живое из неживого.

Во вселенной Толкиена <sic> можно обитать, а вселенные Стругацких — это интеллектуальные эксперименты. Нет ничего дурного в интеллектуальных экспериментах — но в них мало художественной ценности. Впрочем, с удовольствием прочитала "Понедельник начинается в субботу" и его продолжение — “Сказку о тройке”. Это обаятельный снимок определенного исторического периода — прогрессистских 60 — 70-х гг., и определенной социальной среды — сотрудников советских НИИ. "Сказка" — довольно изящное, хотя и несколько растянутое изображение советской и частично постсоветской бюрократии. Я как эксперт и любитель бюрократии не могу не отдать этому должное.

Также читала "Пикник на обочине", "Улитку на склоне" и "Отель у Погибшего альпиниста". Ничто из этого не произвело на меня ни малейшего впечатления.

— Какое, на ваш взгляд, самое актуальное сегодня произведение Стругацких?

— Ни актуальность, ни предсказательная способность сами по себе не является достоинством художественной литературы.

— Что самое важное предсказали и поняли Стругацкие про страну, про мир?

— Сразу хочу сказать, что я не читала то произведение, которое считается нынче их magnum opus, "Трудно быть богом", но вообще предсказания — сомнительная вещь. Сама этим не занимаюсь и другим не советую. Это может быть забавным побочным эффектом — вот смотрите, автор случайно описал что-то, что потом действительно произошло — но это не гений, а фокус.

Однако скажу, что политологу идея перенесения прогресса извне представляется крайне сомнительной, если не колонизаторской. Нечего лезть к людям со своими представлениями о том, как они должны жить, если только ты не изнутри этого общества своим умом дошел до того, что жить надо иначе. Общества меняются, но организовать это снаружи невозможно. Скажу скучным голосом политолога: поменять режим извне нельзя. Единственный способ — оккупационная администрация. Но это дорого и ненадолго.

— Ваша любимая цитата из братьев Стругацких?

— Это не козел! Это наш сотрудник! — из "Понедельник начинается в субботу". Часто вспоминается в так называемой реальной жизни.

— Как вы думаете, почему Стругацкие так любили открытые финалы?

— Возможно, это как раз связано с тем, что они хотели не создать новый мир, а проиллюстрировать некое умозаключение, к которому они пришли. Художественная проза — не средство доказать какой-то тезис или просветить читателя, внушив ему чувство доброе или, наоборот, чувство злое. Она про то, что у тебя в голове родятся новые люди, и ними начинают происходить разные штуки. Открытый финал — совершенно легитимный художественный прием. Но авторы, которым приходят мысли, и они думают, что выразят их в доходчивой форме, рассказав историю, испытывают трудности именно с рассказыванием истории. Это не так легко, как может показаться.